Top.Mail.Ru
  • font size Размер текста

Лента новостей

 
   < 2021
 
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс
1
2
3
4
5


Прав ли министр Мусин? Шестая часть — зов IT-космоса, пустые гильзы "сенсации" и нацпроект под роспись | BaigeNews.kz 5 октября, 2021, 13:31
12052
Фото: иллюстративное

Прав ли министр Мусин? Шестая часть — зов IT-космоса, пустые гильзы "сенсации" и нацпроект под роспись

Как правильно выпустить казахстанского IT-джинна из налоговой бутылки во вселенную GovTech, подсчитывая триллионы тенге.

Цифровая платформа нового поколения для eGov, плюс упор на казахстанский опенсорс в совокупности с полным апгрейдом законодательства в части освобождения от налогов отечественных "айтишников" — это редкая возможность запустить в мировой IT-космос всю цифровую отрасль страны. Редакция Baigenews.kz публикует мнение аналитика Бейбита Саханова.

В пятой части эссе мы вытащили из отраслевого шкафа вполне симпатичные скелеты минувших лет и, потанцевав с ними бюрократическую мазурку, остановились на недостаточности стартапного сиропа в деле излечения "айтишников" страны от тяжелого синдрома пасынков.

Тем не менее, в шестой и заключительной части нашей технической саги мы приглашаем перекусить "стартапами по-калифорнийски" и "IT-зарплатами по-румынски" в форме очаровательных налоговых кексов. Ну а выйдете из технологически провокационного текста уже в изрядном подпитии, но твердо уверенными в необходимости Ai-борьбы за цифровую независимость Великой Степи.

Правда, просим обязательно вернуться в наш караван-сарай и отведать всё же на посошок тщательно обжаренных видео-цыплят национального проекта страны. А потом мельком (так, для блезиру!) заглянуть под капот постскриптума, который уже спешит затарахтеть напоследок.

Выпустить IT-отрасль из налоговой бутылки

Тяжелые платформенные вещи зачастую молодым стартаперам не по зубам, особенно это касается сферы серьезного корпоративного программного обеспечения, которое требует стабильного оклада для высокопрофессионального разработчика, допустим, базы данных Oracle. Тут в бой вступают "IT-спецназ" — такие серьезные высоколобые товарищи как архитекторы платформ и информационных систем, дотошные инженеры-тестировщики и виртуозные программисты не на "попсовом" Python, а на Go, Scala, C++, Java, C# или более новом российском Kotlin (официальный язык программирования ОС Android). Например, как сберовский андроид-девелопер Константин Коваль (см. его гитхаб, где почти все работы написаны на Kotlin, впрочем, на этом языке сейчас пишут и казахстанские разработчики). Почему Google перевел ОС Android с языка Java на российский опенсорсный Kotlin? А просто потому что небезызвестная компания Oracle (нынешний владелец языка Java) выкатила своему конкуренту многомиллиардные иски по поводу использования Java в системе Андроид. Американский Oracle (софт которого используется и в казахстанском eGov) тот еще фрукт — вечно пытается заработать миллиарды даже там, где не имеет права.

Каким же образом крупным отечественным IT-вендорам и системным интеграторам, имеющим по 200-300 сотрудников в своем арсенале, расширив свои интересы, серьезно проапгрейдить свои компетенции и выходить с наработанными и актуальными разработками в сферах GovTech, AdTech, EdTech, FinTech, RegTech, AgroTech, HealthTech, FoodTech, LegalTech, PropTech и InsurTech (подробно про xTech) на цифровые рынки стран ближнего и дальнего зарубежья?

Как на системной основе проводить НИОКР, если до сих пор, как выражается тот же Болат Башеев, IT-компании с заслуженной репутацией и квалифицированными сотрудниками элементарно вынуждены из года в год выживать на рынке, емкость которого весьма ограничена, по сравнению с тем же российским? Ответ: никак без системных мер государственной поддержки отечественных программистов.

Именно этот софтверный сектор стране надо беречь и стократ усиливать — посмотрите на Россию — там буквально на днях объявили о новых беспрецедентных мерах по поддержке софтверной отрасли, утвердив второй пакет мер поддержки ИT-отрасли. А до этого с 1 января 2021 года для всех российских IT-компаний законодательно снижена с 20% до 3% ставка налога на прибыль, зачисляемого в федеральный бюджет, и до 0% — ставка для региональной части налога.

Пора и правительству Казахстана в срочном порядке принять долгосрочные законодательные меры стратегической поддержки в этом сегменте, если мы хотим не только удерживать, но и привлекать в тот же AstanaHub "мозги" из других стран — британского законодательства в МФЦА недостаточно, поскольку оно решает только проблему судебных тяжб. И главный вопрос тут — вопрос зарплат в IT-секторе, поскольку фонд оплаты труда является основной статьей расходов для IT-компаний.

Посмотрите хотя бы на законодательство Румынии, которое допускает полное освобождение от налогов программистов, работающих в компаниях, годовой оборот которых от продажи программных продуктов, превышает 10 тысяч евро из расчета на одного занятого. Действие этого закона (принятого в 2004 году), высоко оцененного европейскими экспертами, позволило Бухаресту не только предотвратить массовую утечку программистов из страны, но и нарастить число занятых в отраслях IT индустрии. В результате зарплата программиста в Румынии примерно в 5 раз выше средней зарплаты по стране, при этом в ИТ-секторе зарплаты растут в три раза быстрее, чем в среднем по экономике. Во многом благодаря именно этому закону румынский программист Дэниел Дайнс, создающий ботов, стал миллиардером.

Еще недавно в той же Индии IT-компании были также вообще освобождены от налогов, и государство, понимая значение индустрии, способствовало ускоренному развитию отрасли. Эти льготы действовали в Индии с 1991 года, также там были созданы свободные экономические зоны, которые в основном работали на экспорт. В результате Индия зарабатывает на экспорте IT-индустрии и смежных с ними сегментов экономики столько же, сколько Россия зарабатывает на нефти — около 275 миллиардов долларов в год.

Просто ознакомьтесь с тем, как рьяно сегодня рыночные игроки сравнивают льготы по налогам в IT-сфере в разных странах, норовя сделать бизнес-климат для своих "айтишников" наиболее выгодным. Это битва не на жизнь, а насмерть!

Казахстанское правительство и парламент имеют исторический шанс на волне истории со Сбером создать режим наибольшего благоприятствования для IT-отрасли. Например, полностью освободить от подоходных и прочих налогов высококвалифицированных IT-специалистов (включая вебмастеров, программистов, IT-аналитиков, архитекторов программного обеспечения, SEO-специалистов, IT-дизайнеров, специалистов по юзабилити, инженеров-тестировщиков, сисадминов, технических писателей, дата-инженеров, разработчиков игр и мобильных приложений) на всей территории страны.

Речь о необходимости такой меры, насколько помню, идет уже вот почти 20 лет, с момента зарождения е-правительства в Казахстане. Но у властей всегда находились поводы отклонять эти инициативы: то кризис случался, то все норовили во что бы то ни стало поднять промышленность. Сейчас, во время пандемии, ИПН (индивидуальный подоходный налог) временно снижен для малого бизнеса до 0%, но это ведь временно.

Нужны долгосрочные законодательные новеллы, непосредственно включенные в Налоговый кодекс, как это сделано в Индии и Румынии заодно с принятием специального закона по налогообложению работников IT-отрасли, потому что именно "спецы" этой отрасли сегодня делают историю страны. Пора выпускать цифрового джинна Казахстана из налоговой бутылки!

Софтверная игла похлеще нефтяной

Надо собраться со всеми силами и бить в одну экономическую точку, не распыляясь по сторонам. Наша страна действительно имеет все шансы и призвана всей своей культурной и ментальной составляющей стать полноценным IT-хабом для всей Центральной Азии. В отличие от той же Индии, где сейчас на фоне больших пробелов в массовом образовании процветает мировой центр аутсорсингового программирования Бангалор, Казахстан имеет пока еще высокий уровень массового школьного и вузовского образования. Да и планка IT-компетенций у современных казахстанских студентов за последние годы значительно подросла и имеет тенденцию к дальнейшему росту. Это радует. Как и то, что наши "генералы сырьевых ресурсов" обратили свое пристальное внимание на высокотехнологическую сферу.

Отечественное образование также нужно срочно выводить на новый, цифровой и персональный уровень качества. До сих пор никак не решатся власти Казахстана официально узаконить нормы об онлайн-школах, чтобы любой ребенок (а не только спортсмены и дети с ограниченными возможностями) имел право на индивидуальную образовательную траекторию через обучение в онлайн-школе с признанием цифрового аттестата о среднем образовании. Такое право на обучение в онлайн-школе есть у детей России и Узбекистана, а вот казахстанские дети, видимо, не заслужили такой привилегии. Или я не прав, уважаемый министр Асхат Аймагамбетов? Что мешает добавить соответствующие новеллы в закон об образовании, тем более, сейчас в почете все дистанционное?

Или взять тот же Казахтелеком. Имея львиную долю рынка в сфере дата-центров, нацкомпания до сих пор не может предложить казахстанцам национальную CDN (Content Delivery Network или сеть доставки контента), которая состояла бы из множества серверов со специализированным ПО для защиты и ускорения отдачи контента конечному пользователю в любой момент времени, из любой точки мира и на любое устройство. С помощью сервисов CDN можно организовать онлайн-трансляцию на миллионы пользователей, раздать любой статический контент на самых высоких скоростях, значительно оптимизировать сайт и ускорить его загрузку. Неужели трудно заключить партнерские соглашения с какой-либо международной компанией, специализирующейся на услугах CDN? Или казахстанские дата-центры не соответствуют требуемым в этих сервисах стандартам? В соседней России уже как несколько лет есть местные поставщики услуг CDN, а Казахстан до сих пор не обзавелся ни одной.

Хорошо, что лицензия того же Сбера хоть опенсорсная. И там не будет такой круговой многомиллиардной кабалы, как сейчас с проприетарным западным софтом от Microsoft, Oracle, SAP, IBM — когда за каждый чих нужно платить миллионы долларов. Философия open source — это платить за сервис (например, поддержку или облако), а не интеллектуальную собственность. То, что Казахстан сидит на лицензионной софтверной игле Microsoft, Oracle, SAP, IBM с их закрытым исходным кодом — это похлеще сидения на нефтяной игле! А с уходом всей экономики мира в цифру, это становится критическим.

Но не буду больше перечислять болячки IT-отрасли.

Борьба за подлинную IT-независимость Казахстана не завершилась, она только начинается. Назревший мажорный апгрейд казахстанского е-правительства призван стать эволюционным триггером к этой независимости. Об этом пишет и та же Азиза Шужеева. После создания мощной и самостоятельной софтверной отрасли нужно будет приниматься за хард, за железки (а не наоборот, как в случае с Парком информационных технологий "Алатау", который свой полупустой сайт перевел на блоговый WordPress, хотя бы на Laravel посадили что ли, для приличия). К тому времени, глядишь, тот же КазНУ имени аль-Фараби построит свою научно-технологическую долину "Аль-Фараби" (НТД) с подаренным еще года два назад Китаем новым сверхмощным суперкомпьютером. Но вот для е-правительства не подарки надо ждать, а самим строить суперкомпьютер, и не один.

Также еще раз повторю: стартапами сыт не будешь. Уважающий себя senior-разработчик со стажем в 9 из 10 случаев пойдет работать в стабильную и зарекомендовавшую себя IT-компанию, чем польстится на рыночно неустойчивые позиции стартапера. Стартапы — это дело для молодых, но не для состоявшихся "айтишников".

Пора принимать системные и умные меры государственной поддержки всей отрасли, причем, сделав упор на максимальную поддержку компетентных, опытных специалистов. Пора, господа министры и депутаты, включить, наконец, мощные законодательные катализаторы процессов развития устойчиво развивающейся IT-среды. Освободить от всех налогов программистов и сертифицированных IT-инженеров. Сегодня они есть наш золотой фонд, наши драгоценные алмазы, которым надо помочь превратиться в бриллианты софтвера.

Ведь отнюдь не меморандум возмущает и унижает отечественного IT-инженера, а наплевательское и сугубо потребительское отношение к нему и его делу. И это возмущение абсолютно такое же искреннее, какое оно было у алматинских парней и девушек в памятном декабре 1986 года.

Software Factory как фабрика цифровизации

Между тем, костяк отечественных IT-компаний неожиданно быстро и добровольно в начале осени 2021 года объединился в единую цифровую армию, мощное IT-войско с железной армейской дисциплиной. Речь о созданном IT-консорциуме Software Factory, выдержки из учредительных документов которого внушают невольное уважение и дают надежду на то, что Казахстан может стать цифровой сверхдержавой мира в глобальном разделении труда на мировом IT-рынке. Созданный в срочном порядке консорциум уже получил свой первый контракт на 308 миллионов тенге от правительственного холдинга "Зерде". Похоже, это только начало.

Для IT-отрасли Казахстана, которая уже успела вооружиться мощным консорциумом, открывается коридор возможностей. Цифровая культура, нанизанная на стержень многовековой степной культуры номадизма, дает нам конкурентное преимущество в решении любых инженерных задач софтверного характера. Мы проще оседлых соседей по Земле глядим на жизнь, ничего не боимся, беремся за самые тяжелые задачи и качественно их выполняем.

Взгляд цифрового кочевника имеет широкий кругозор и сам он поликультурен, интеллектуален, не лишен смекалки и новаторской жилки. И если Китай поставляет миру "суперкомпьютеры", Россия — "мозги" и инструментарий для софта, а Штаты — транснациональные корпорации, то Казахстан может вписаться в конфигурацию глобального рынка как командный игрок и поставщик перспективных опенсорсных IT-платформ и решений мирового класса.

Такое объединение отечественных IT-разработчиков нужно также всячески поддержать и поддать безналогового жару в топку цифровой революции. Отрасль созрела. Этот беспрецедентный (такого нигде еще в мире не было!) феномен национального софтверного объединения на руку не только "айтишникам", но и правительству, и народу, и даже олигархам. Как ни крути, наши родные олигархи уже давно не розовощекие мальчики в смокингах с бабочками, они тоже хотят оставить после себя… Нет, наследство, само собой, оставят! Они тоже ведь люди, и тоже хотят, чтобы их поминали добрым словом, как того же грозного хромого Тимура, не так ли? Например, лет через этак двадцать за беседой с роботом-андроидом какой-нибудь IT-аксакал как воскликнет: "Ай да сукин сын, ай да …!" Чуть не сказал было "Маш…ч". Но, слава Аллаху, удержался. Все-таки, рядом еще нет той же Алиты из одноименного фантастического экшна.

Одно ясно, что весь ряд этих цифровых событий становится триггером для всеобъемлющей цифровой, государственной, социальной и экономической трансформации Казахстана, ведь именно цифровизация убивает на корню коррупциогенные схемы в том же госаппарате, оцифровывая госуслуги. Многое нужно снова подвергнуть пересмотру, провести заново уже не выборочный, а тотальный реинжиниринг бизнес-процессов. И это будет самым тяжелым испытанием, поскольку яростное сопротивление реинжинирингу и саботаж госорганов в этом вопросе нужно будет настойчиво и упорно преодолевать как самому МЦРИАП, так и "цифровым" вице-министрам различных ведомств.

Пустые гильзы триллионной "сенсации"

На помощь чиновникам-управленцам в решении острейших проблем IT-отрасли, думаю, может прийти такой серьезный тренд 2021 года как внедрение в государственном управлении Казахстана проектного метода управления бюджетными расходами со всеми отсюда вытекающими требованиями к эффективности и персональной ответственности.

И тут надо сказать, что скорее всего, заявленная сумма в 500 миллионов долларов — это только начало большого национального проекта по цифровому апгрейду всей страны. Об этом говорит один документ, показанный в опубликованной 26 сентября видео-беседе журналиста Вадима Борейко с руководителем ТОО "Робокасса" Владимиром Джабаровым.

Однако, собеседник уважаемого казахстанского мэтра журналистики, полагаю, имеет все же больше скиллов по интернет-маркетингу и менеджменту, чем по проектированию или разработке программного обеспечения. Будь на его месте архитектор информационных систем, то диалог мог пойти совсем по другому сценарию и привести к диаметрально другим результатам.

К примеру, если прислушаться к аргументации опытного, доброго и ироничного интернет-маркетолога Владимира, который со второй половины 2019 года возглавил казахстанский офис российской платежной системы "Робокасса", то просто поражаешься тому, с какой легкостью он "берёт быка за рога" и без лишних экивоков ставит под вопрос саму целесообразность какого-либо апгрейда eGov.kz. Окинув своим цифровым взглядом меморандумную ситуацию со Сбером, он увидел в ней только цифры. И виртуозно используя натренированное маркет-мышление, молниеносно заподозрил, что ему и всей целевой аудитории РК "пытаются всучить залежалый товар по завышенной цене".

Но не будем судить строго. Узкая специализация и привычка мыслить в коридоре профессиональных парадигм часто заставляет искать в тёмной комнате несуществующую черную кошку. Хотя порой достаточно включить фонарь близких к теме компетенций и самому более детально изучить уже имеющиеся факты. Иначе рискуешь попасть впросак на ровном месте.

Показанный в видео-беседе скриншот еще не утвержденной версии национального проекта "Технологический рывок за счёт цифровизации науки и инноваций" и его все еще обсуждаемый бюджет в два триллиона тенге (точнее, речь о 2 370 941 471 000 тенге, или около 5,58 миллиарда долларов) вызывает недоумение. Особенно на фоне удивительно искреннего удивления видавшего и не такие циферки Вадима Николаевича (как будто он не в курсе, что общие статьи расходов в бюджете страны определяются в триллионах тенге).

Приведенное "видео-разоблачение" очень сильно напомнило видеосюжет одного журналиста после недавних взрывов в Таразе, когда он со своей съемочной группой в одном из близлежащих от места ЧП селений увидел груду гильз от снарядов и также сходу сотворил "сенсацию", заявив на весь мир о том, что на улице валяются десятки, если не сотни "снарядов"! Да, журналист не обязан всё знать, но он обязан провести фактчекинг, свериться с несколькими экспертами, дабы удостовериться в том, что он правильно понимает и объективно интерпретирует транслируемую зрителям картинку. 

Это правило прекрасно знает "гиперборей" Вадим Николаевич. Однако, сняв свой журналистский котелок, он ещё с лета 2021 года предусмотрительно послал в ...опу "надуманные стандарты журналистики" и с азартом окунулся в "субъективное блогерство". Может такое созревшее отступление от объективности иногда и оправданно, но не всегда уместно на практике, особенно в технических случаях.

Нацпроектных цыплят по осени считают

Нацпроекты на то и называются нацпроектами, что подразумевают их реализацию в масштабах всей страны, и внутри каждого нацпроекта финансы будут выделяться по самым разным направлениям. Разработке одобренных в июле нацпроектов предшествовал мониторинг государственных программ Республики Казахстан и анализ их эффективности за 2020 год. Затем 26 февраля 2021 года президентским указом были утверждены обновленные Общенациональные приоритеты и Национальный план развития до 2025 года (там уже в пятом национальном приоритете под заголовком "Новая модель государственного управления" говорилось о том, что будет реализована инициатива "Data-driven government"). Затем на их основе был составлен перечень 10 национальных проектов, среди которых есть и этот самый "сенсационный" нацпроект с названием "Технологический рывок за счёт цифровизации науки и инноваций".

О необходимости оптимизировать и перевести все госпрограммы на проектный принцип сказал в январе 2021 года президент РК Касым-Жомарт Токаев. Это и стало точкой отсчета для их трансформации в проекты, Как отмечал еще 1 июля в своем интервью председатель Агентства РК по стратегическому планированию Кайрат Келимбетов, непосредственно разработка нацпроекта начинается с анализа сферы или отрасли, оценки факторов и тенденций внешней и внутренней сред, SWOT-анализа. По его итогам выявляются риски и разрабатываются стратегии по реагированию на них. Затем определяются задачи, оказывающие наиболее высокий социально-экономический эффект на развитие сферы или отрасли. Затем определяются KPI — показатели результатов, отражающие степень выполнения задач. Затем определяются объем и источники финансирования. Финальный этап — закрепление персональной ответственности (подробнее в тексте правительственного постановления №358 от 31 мая).

Иными словами, без всякого сомнения та же госпрограмма "Цифровой Казахстан", на реализацию которой планировалось потратить только в 2021-2022 годах около 40 миллиардов тенге, вошла в оптимизированном виде в нацпроект "Технологический рывок за счёт цифровизации науки и инноваций". Также там, полагаю, планируются расходы на дальнейшую цифровизацию образования, строительство оптоволоконных сетей не только в городах, но и сельской местности, внедрение сетей 5G, вполне возможно и на закупку или создание своего отечественного суперкомпьютера или даже нескольких для работы с Big Data (а их стоимость начинается от 30-50 миллионов долларов США), открытие еще двух университетов по образцу Назарбаев Университета. Мало? Просто внимательно читайте Национальный план развития до 2025 года. Все это, бесспорно, стоит немалых денег (а каких сумм, по-вашему, требует реализация нескольких госпрограмм, сведенных воедино в самый ключевой, стержневой на сегодня нацпроект Казахстана?). Да и потрачены казенные финансы будут под персональную ответственность руководства Минцифры, а исполнение проекта будет отслеживаться по соответствующим индикаторам.

Пока полные тексты этих нацпроектов ещё не появились в сети, а значит, они еще не утверждены. Поэтому рано говорить о фиксации именно названных сумм, возможны корректировки. Дополнительно к этому имейте в виду, что нацпроект рассчитан с 2021 по 2025 год, значит, расходы в среднем составят по 460 миллиардов тенге в год (если, конечно, скриншот с указанной общей суммой затрат не является фейком).

Совсем необязательно верить Багдату Мусину или Кайрату Келимбетову. Гораздо практичнее доверять такой законодательной новелле как норма персональной ответственности.

Цыплят, знаете ли, по осени считают.

Прозрачность сверху донизу

Цифровизация как раз один из тех немногих инструментов, который, в конечном счете, шаг за шагом системно сводит на нет коррупцию. Пока же все имеющиеся факты свидетельствуют о безошибочности шага в сторону единой платформенной цифровизации и того, что настало время перевооружать не только е-правительство, но и всю цифровую индустрию Казахстана. Ведь, повторяю, у нашего отечественного eGov нет своего даже какого-нибудь захудалого суперкомпьютера, а те серверные мощности, которые были созданы в 2007 году, уже совершенно не выдерживают нагрузок.

Еще раз повторимся. Необходима тотальная перезагрузка, избавление от рухляди и переоснащение всего внутреннего контура электронного правительства, тотальный реинжиниринг процессов оказания госуслуг во всех местечковых исполнительных органах. Назрела необходимость полного перевода на опенсорс всего софта в государственных и бюджетных организациях — это вопрос стратегической национальной безопасности и политической независимости РК от скрытых и "спящих" рычагов внешнего влияния. Все эти направления, вангую, требуют для своей полноценной и качественной реализации гораздо больше двух триллионов тенге.

И добавлю, памятуя о видео-цыплятах. Откаты в софтвере в нашей сегодняшней действительности теоретически возможны только при привлечении для автоматизации государственных и квази-государственных структур иностранного проприетарного софта, где и лицензия, и ежегодная техподдержка (именно "специальная", под нужды конкретного госоргана) безо всякого толкового обоснования стоят ошеломляюще баснословных сумм. А вот банковские счета тех же западных IT-вендоров (которые могут через оффшоры отблагодарить миллионами откатных долларов своих "благодетелей") — попросту недоступны для проверок нашим антикоррупционщикам и спецслужбам. 

Впрочем, ради справедливости стоит, к примеру, заметить, что несмотря на имеющееся еще с 1993 года соглашение о сотрудничестве между МВД РК и МВД РФ, российские силовики весьма нехотя делятся информацией с казахстанскими коллегами. К примеру, такую мелочь как информацию о наличии, либо отсутствии двойного гражданства у некоторых граждан РК, нередко вовсе не удается получить казахстанскому МВД у российских коллег (эту некрасивую ситуацию подтверждает наш анонимный источник, который долго время занимал высокие посты в казахстанском правительстве). То есть, проверить счета российского Сбера тоже, пожалуй, будет затруднительно. И при заключении контракта со Сбером этот момент нужно будет специально оговорить во всех необходимых нюансах!

Тогда как поставщики местного, отечественного софта — все на виду, да и у них каждая тиынка и каждый человеко-час программиста — на скрупулезном и точном учете. То есть, полную финансовую прозрачность могут гарантировать только поставщики казахстанских IT-решений.

Ведь именно из софтверного бизнеса в экономику пришли такие вещи как "проектный менеджмент", гибкая методология управления проектами "agile", которые теперь прописаны на законодательном уровне в РК для обязательного применения в государственном управлении. Осталось в госорганы только тайм-трекеры внедрить, которые уже несколько десятилетий как применяются в каждой крупной IT-компании, вот тогда в чиновниках останутся сугубо профессионалы своего дела. Это к тому, что отечественные программисты честно отработают все выделенные бюджеты и это можно будет проверить вплоть до индивидуальных тайм-трекеров. У них давно все прозрачно сверху донизу.

Мудрость скифа и открытые вопросы правительству

Остаются еще вопросы, скажем так, пред-технического и пост-технического характера.

Первый вопрос. По поводу того, что правительство не посоветовалось с общественностью по поводу заключения меморандума со Сбером. Действительно, почему правительство молчит на этот счет? Почему перед тем, как заключить меморандум с российским Сбером не была организована специальная тематическая техническая международная, либо республиканская конференция, где можно было бы обсудить с экспертами IT-сообщества вопросы необходимости перехода на платформенную модель цифровизации е-правительства? Почему этот вопрос публично нигде не обсуждался? Было бы очень хорошо услышать официальный комментарий если не Кабмина, то хотя бы главы Минцифры по поводу такого "неуважения к экспертному сообществу".

Впрочем, будь я на месте министра Мусина, я бы сначала вспомнил выходца из кочевой Скифии, одного из семи знаменитых древнегреческих мудрецов, нашего общего с россиянами предка — легендарного скифа Анахарсиса. Это степной мудрец ещё две с половиной тысячи лет назад обронил как бы невзначай в Афинах: "Удивительно, что в народных собраниях у афинян вносят предложения люди умные, а обсуждают и утверждают люди глупые". Конечно, скиф никоим образом не имел в виду экспертное сообщество, скорее, древний юзер мудрости косился в сторону диванных экспертов соцсетей.

Есть сложные технические решения стратегического характера, которые необходимо принимать после обсуждения только в узком профессиональном кругу. Тактические вопросы, детали и оркестровку нюансов их реализации можно и нужно обсуждать с широким кругом экспертов, а вот стратегические вещи, как правило, абсолютно противопоказаны для публичного обсуждения. И такая процедурная традиция принятия именно технических стратегических решений — зачастую обычная практика в любой развитой демократической стране.

Впрочем, все равно интересно, что скажет сам министр.

Второй вопрос рождается из целого хора казахстанских "айтишников", который вопрошает: "Почему именно ТОО "BTS Digital" стало стратегическим представителем от Казахстана в деле трансформации нашего eGov? Почему инициативу в выборе стратегического партнера с казахстанской стороны для казахстанско-российского консорциума отдали российскому Сберу? Насколько это стратегическое решение обоснованно юридически, технически и рыночно?" Нигде толком не обосновывается этот выбор, к сожалению.

Тоже бы было любопытно услышать обстоятельный и подробный ответ на этот вопрос, который задевает чувство справедливости целого ряда IT-компаний Казахстана.

Третий вопрос. Обращалось ли Министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности Республики Казахстан с соответствующим запросом на технологическую помощь для перехода на платформенную модель е-правительства в такие лидирующие по этому направлению страны как Эстония (блокчейн используется с 2001 года) и Южная Корея, электронные правительства которых также активно начали работать с применением искусственного интеллекта? Если, да, то каков был результат такого обращения?

Четвертый вопрос. Лицензия консорциуму на "развертывание, внедрение и эксплуатацию платформы", согласно тексту меморандума со Сбером, будет выдана на 20 лет. Что это за лицензия, какую из множества форм лицензий опенсорса (свободных лицензий на программное обеспечение, тут подробнее о них) она будет представлять: GNU GPL Version 3, GNU GPL Version 2, GNU LGPL, GNU AGPL, MPL Version 2.0, EPL Version 1.0, Ms-PL, MIT, Apache 2.0, BSD, WTFPL, Beerware, Общественное достояние, CC0, Unlicense? Свободные лицензии обычно защищают права пользователя ("свободы") — на неограниченную установку, запуск, а также свободное использование, изучение, распространение и изменение (совершенствование). Все они отличаются друг от друга в различных нюансах. Например, отличие LGPL от обычной GPL заключается в том, что библиотеки программного обеспечения под этой лицензией разрешается использовать для создания программ под другими лицензиями путем компоновки, тогда как в других лицензиях такой "финт ушами" может оказаться под запретом. Итак, какие именно права будут у пользователя лицензии — правительства Казахстана? Какие права будут у консорциума? Какие права будут у участников консорциума? Что произойдет после истечения срока лицензии?

Пятый вопрос. Казахстан — страна с небольшим населением, и для нее многие платформенные решения могут оказаться избыточными в плане своей функциональности. Вопрос таков: не будет ли платформа Сбера функционально избыточна для технических параметров казахстанского eGov, не станет ли внедрение этой платформы своего рода пальбой пушкой по воробьям? Насколько тогда финансово оправданна обозначенная сумма в 500 миллионов долларов для работ по интеграции платформы GovTech в казахстанский eGov, ведь какие-то ее части могут оказаться ненужными?

Шестой вопрос. Почему решение о переходе на платформенное решение Сбера было принято в такие краткие сроки, без ожидания окончания результатов внедрения платформы в систему электронного правительства России, ведь эксперимент по созданию Сбером платформы ГосТеха для российского е-правительства начался 1 ноября 2020 года и продлится до 31 мая 2022 года. Каковы причины такой спешки, разве не лучше было бы подождать результатов эксперимента с российским ГосТехом? Ведь при успешном полном вводе новой платформы у соседей, никаких сомнений в её необходимости и актуальности ни у экспертов, ни у общественности бы не возникало.

Вот такие вопросы. Все они отправлены официальным запросом в Министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности Республики Казахстан. Надеемся, что они не останутся без ответа.

Исчезающий веб-контент цифрового Казахстана

А вот эта проблема просто не дает спать по ночам всем отечественным журналистам — сохранность национального онлайн-контента в сети. Ведь что получается? С 1994 года в зоне Казнета, а с некоторых пор и в международных зонах тематических доменных имен функционировали, функционируют и будут дальше работать сотни тысяч веб-казахстанских ресурсов. Но многие, к примеру, новостные и тематические сайты канули в лету, от большинства из них не осталось никакого следа. Об этом в августе писал политолог Марат Шибутов. Данные сайтов порой безвозвратно теряются и при переездах на новые сайтовые движки, различного рода модернизациях. А ведь скоро абсолютно весь контент Казахстана перейдет в онлайн, если уже не перешёл! Таким образом, остро стоит проблема сохранности Казнета, регулярного архивирования всех его данных, а также данных казахстанских ресурсов, работающих на тематических доменах. Причем, не только медиа-ресурсов, но и всех легальных сайтов, включая коммерческие и общественные веб-ресурсы.

Почему бы в рамках нацпроекта "Технологический рывок за счёт цифровизации науки и инноваций" не поставить всю работу по архивированию казахстанского интернета на государственные рельсы? Это же масштабная работа по сохранению многомерной новейшей истории страны! В том же заблокированном властями международном некоммерческом archive.org имеются копии далеко не всех казахстанских сайтов. Гораздо продуктивнее и правильнее самим запустить такой национальный сервис на надежном государственном сервере. Казахстанский контент, в первую очередь, нужен самим казахстанцам и позаботиться о его сохранности мы должны сами.

Это наше сегодняшнее электронное золото и им нельзя разбрасываться! Задача копирования сайтов при современных технологиях сбора информации решается очень быстро, вопрос только в хостинге данных (понадобится суперкомпьютер? или силы IT-консорциума?) и проработке архитектуры онлайн-хранилища.

…и непечатный крик о помощи!

Другой аспект этой же острейшей проблемы: почему в цифровой формат не переводят отечественную периодику? Ведь есть же в той же Национальной библиотеке РК дореволюционные газеты и журналы, есть газеты времен Алаш-орды, все выходившие газеты и журналы советского Казахстана, все экземпляры печатных изданий, родившихся уже в годы независимости (далеко не у всех редакций имеется архив в pdf-файлах, да и многие издания уже перестали существовать). Почему только книги оцифровывают? Ведь периодика не менее ценна! Это же история нашей страны, это наша, самая близкая к нам по времени культура, которую мы просто обязаны оцифровать — это наш долг перед последующими поколениями. Да и в библиотеках есть все необходимое для этой работы: специальные сканеры, профильное программное обеспечение, обученные сотрудники. Обязательно нужно ткнуть пальцем на непорядок? Мы же, ничего не делая, предаем забвению целую казахстанскую вселенную контента! Пафосно, говорите? Ну а что делать, если это так и есть.

Кстати, работы тут не на одно десятилетие. Поскольку, если по чесноку, надо не только переводить печатный контент в pdf-файлы, но и создавать архивные цифровые HTML-аналоги каждой книги, каждого журнала и каждой газеты. Это гораздо более сложное дело, когда нужно следить за сохранностью и аутентичностью извлеченного из отсканированного pdf текста, а затем верстать с использованием отсканированных иллюстраций каждую статью или книгу в HTML, либо в других цифровых форматах. Плюс всё это добро необходимо будет выгружать в публичный и бесплатный Национальный цифровой веб-архив, который надо создать.

Если надо вносить правки в библиотечные и прочие законы, так вносите, дорогие наши депутаты, иначе лет через десять мы начисто забудем тексты ваших депутатских запросов! Смех смехом, а цифровое слово и видео находится под угрозой полного исчезновения!

Буду рад, если хоть на немного прояснил для наших читателей ситуацию с eGov и жгучими проблемами наших программистов и общей политики цифровизации.

Вот, собственно, всё. Работы для всех навалом. Просто думайте своей головой!

Навигация: 1-я часть, 2-я часть, 3-я часть, 4-я часть, 5-я часть, 6-я часть, Постскриптум.

not findimage