Top.Mail.Ru
  • Нур-Султан, 0 ℃
  • Алматы, +1 ℃
  • Шымкент, +3 ℃
  • Размер текста

Лента новостей

 
   < 2020
 
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс


Две семьи умерших от коронавируса медиков из 15 получили соцвыплату в Акмолинской области | BaigeNews.kz 18 сентября, 2020, 20:31
1621
Фото: standard.co.uk

Две семьи умерших от коронавируса медиков из 15 получили соцвыплату в Акмолинской области

В Акмолинской области с начала пандемии от коронавируса скончались 15 медицинских работников. Однако социальную выплату в 10 миллионов тенге на сегодня получили лишь семьи двоих из них. В причинах попыталась разобраться корреспондент BaigeNews.kz.

Траурный список

В Акмолинской области коронавирус унес жизни 15-ти медработников. В трагическом списке – четыре врача. Это заведующий отделением анестезиологии и реаниматологии Кокшетауской многопрофильной больницы Олег Исаев, врач-невропатолог Кокшетауской городской поликлиники № 1 Гульбану Мугжанова, врач-трансфузиолог клиники "Авиценна-Бурабай" Хамидулла Хамзин и руководитель отделения института судебных экспертиз (Степногорское отделение) Олжас Смагулов. От коронавируса погибли семь медсестер: городской поликлиники Ирина Чернышова, Егиндыкольской райбольницы Сауле Байгабулова, Жаркаинской - Бадигуль Турымбетова, врачебной амбулатории в ауле Кабанбай батыра в Целиноградском районе Римма Миллер, сестра-хозяйка родильного отделения многопрофильной областной больницы №2 Нина Джураева, ТОО "Авиценна-Бурабай" Жаныл Даньярова, школьная медсестра в селе Красный Яр (СШ № 1) Айжан Беркишева. Два лаборанта: Атбасарской межрайонной больницы - Анархан Абдыгожина и "Авиценна-Бурабай" – Светлана Шелистова. И два санитара: медицинского центра "Медикус" в Щучинске – Жанар Забекова и степногорского отделения центра психического здоровья Марат Жубан.

Самому старшему из погибших было 70 лет, молодому – 43.

В выплате отказано

Из них на рассмотрение комиссии облздрав, по словам главного врача региона Сулена Ильясова, подал заявки по пятерым из них. Именно они так или иначе подходили под обозначенные в приказе критерии.

"По решению комиссии подошли лишь двое. Их семьи уже получили выплаты ", - сообщил руководитель управления здравоохранения.

Итак, по 10 миллионов тенге выплачено семьям Олега Исаева и Хамидуллы Хамзина.

Комиссия отклонила две кандидатуры по соцвыплате - Гульбану Мугжановой и Айжан Беркишевой. В первом случае предположительная причина - заражение произошло не на работе, а в быту.

Айжан Беркишева коронавирусом заболела на блок-посту. А эта категория медиков единовременной соцвыплате не подлежит. Впрочем, об этом немного позже.

И еще одну заявку – по соцвыплате семье Риммы Миллер – информационная система не приняла.

"Ее данные были внесены в портал министерства здравоохранения "Mapcovid.kz". В связи с тем, что на тот период была предусмотрена опция только для стационарных больных (интеграция портала с информационной системой ЭРСБ (электронный регистр стационарных больных)), портал не принял данные Риммы Миллер. С 15 сентября т.г. минздрав информационную систему "Mapcovid.kz" доработал. И медицинские работники, лечившиеся амбулаторно, будут введены в портал "Mapcovid.kz" на рассмотрение", - пояснили в пресс-службе облуправления здравоохранения.

В то же время результат, подчеркнули в ведомстве, от них уже не зависит.

Кто подходит под соцвыплату?

Ответ на этот вопрос дает совместный приказ министров здравоохранения и труда и социальной защиты населения РК от 9 апреля 2020 года за номером 129. Именно этим документом руководствуются при назначении или отказе, а также порядке единовременной социальной выплаты медработникам, в случае их заражения или смерти от указанной инфекции или вирусной пневмонии.

Напомним, заболевшим коронавирусом на работе медработников положена выплата в 2 млн. тенге, семьям погибших – 10 миллионов.

Речь идет о врачах, среднем и младшем медперсонале инфекционных, провизорных и карантинных стационаров; фельдшеры и водители скорой медицинской помощи и тех, что при поликлиниках, ФАПах и врачебных амбулаториях, а также сотрудниках санитарной авиации; работниках лабораторий, санитарно-эпидемиологической службы; приемных отделений экстренных стационаров, организаций ПМСП, принимающих больных с признаками ОРВИ, пневмонией, участвующих в заборе анализов; сотрудниках органов судебных экспертиз.

Единовременная соцвыплата выполняется из госфонда ОСМС.

Римма Миллер

64-летняя Римма Миллер работала школьной медсестрой в пристоличном селе Кабанбай батыра. Летом – во врачебной амбулатории: у школьников каникулы. Римма Владимировна, по словам дочери Дарьи Сквирской, сидела на приемах пациентов, делала прививки, проводила подворовые обходы…

"Заболела 11 июня, на работе стало плохо, - рассказывает Дарья. - В амбулатории ее прокапали. Дома знобило, поднялась температура. У мамы около сорока лет стажа в медицине. Она знала, что делает, продолжила лечение дома. Подозревала, что это Covid. 14 июня у нее взяли анализ на коронавирус. Результат получили 18 июня, через 20 минут после смерти мамы. Он был положительный".

Анализ у всех членов семьи взяли в тот же вечер оказался отрицательным. Все признаки опасного вируса появились у них примерно на третьей неделе после смерти мамы. Это, по мнению семьи, в том числе доказывает, что заразилась Римма Миллер не дома, от детей, а на работе. К тому же, как утверждают родные медсестры, в самой амбулатории уже были случаи выявления больных.

Между тем на сегодня вопрос о соцвыплате этой семье пока остается открытым. Как пояснил главный врач Целиноградской райполиклиники Мухтар Досхожин, в первый раз пришел отказ: в приказ не включены медработники поликлиник (помимо фильтр-кабинетов) и школ.

"Но ведь это не отменяет того, что Римма Владимировна заболела на работе. Поэтому мы подали документы повторно. Передали в департамент контроля качества и безопасности товаров и услуг, оттуда – в управление здравоохранения. С нашей стороны мы все сделали. Сегодня и партия "Nur Otan", и общественность выступает за то, чтобы расширить список категорий медиков в приказе. Об этом говорится и послании Президента. Поэтому, надеемся, на этот раз ответ по Миллер будет положительным", - заключил главврач.

"Недоразумения"

Смириться с гибелью родным Риммы Миллер тяжелее еще из-за ряда "недоразумений".

"Скорую мы ждали пять часов, - вспоминает дочь. - Мама умерла, как выехали за поселок (сказали, везем в Аршалы). Они приехали с неисправным кислородным баллоном. Сказали, потерпите, сейчас навстречу другая скорая подвезет нам баллон. Но, видимо, не успели. Я ехала с мамой в карете неотложки, держала ее за руку. Она говорила: мне жарко, хочу дышать, хочу пить. А фельдшер сел к водителю. Он не оказывал никакой помощи".

Обрабатывать тело, хоронить, дезинфицировать дом родным погибшей медсестры пришлось самим. Им все звонили, что санитарная служба скоро подъедет, а потом перезванивали и просили справляться самим: не успевают.

Речь идет о пандемии неизвестного стране вируса, и, наверно, каждую из служб, которая в самый страшный момент подводила эту семью, в отдельности можно понять. Но от этого никому не легче…

О блокпостах в приказе не сказано

Семье погибшей от коронавируса Айжан Беркишевой в выплате десяти миллионов тоже отказали: в приказе ни слова не говорится о задействованных на блокпостах медиках.

Между тем у женщины остался, кроме двух взрослых дочерей, 14-летний сын.

"Нам, оказывается, не положено. Просто Айжан заболела на блокпосту, а не, к примеру, в стационаре", - спокойно, без тени возмущения говорит супруг Сагиндык Беркишев. От этого смирения перед несправедливостью становится не по себе.

"Честно говоря, я и не верил, что выплатят. Но знакомые говорили: объявили же, сходи. Подумал, если и дадут, то миллиона два. Деньги тоже хорошие, можно на депозит сыну положить. Ведь это будет словно таким образом мама о нем позаботилась. Но нас так загоняли по кабинетам… И все время говорили, что все равно откажут. Тем более у нее был "букет" болезней. Так и случилось. Я, в принципе, не удивлен", - пожимает плечами вдовец.

Если уж свои отказались помочь…

Айжан Беркишева относилась к поликлинике в селе Красный Яр (пригород Кокшетау), но работала медсестрой в сельской школе № 1. Летом женщина не была загружена, и ее попросили поработать на блокпосту. Супруг признается: когда была первая вспышка, жену не пустил. В апреле коронавирус горожане еще считали фарсом, а он в существование COVID-19 верил. Беспокоился: все-таки ей 52 года, астма, сахарный диабет, гипертония…

Спустя какое-то время в Кокшетау блокпосты сняли, а потом, после резкого скачка заболевших, вернули.

"Жена снова стала проситься. Сказала, стыдно опять отказать, - вспоминает мужчина. - На работу вышла примерно 10-12 июня. Домой приходила уставшая, вся мокрая. Там, говорила, не переодеться. Они дежурили на трассе на Володаровку, она оживленная. Айжан, рассказывала: приходилось все время переходить с одной стороны дороги на другую, проверять водителей. Дома отпоим чаем, отлежится – утром снова уходит".

Заболела Айжан Имамбековна примерно дней через 10-14.

"Там было все вместе – коронавирус, дождь с градом, под который она, вдобавок ко всему прочему, попала на своем посту, приступ астмы. Скорая его сняла, потом нужно было прокапаться", - рассказал Беркишев.

На этом месте голос у видавшего виды мужчины дрогнул.

"Купили лекарства, систему, шприцы. Айжан, разумеется, пошла туда, где проработала много лет. Но в родной поликлинике ей отказали, потребовав справку на ковид. А в середине июня, кто помнит, тестов на коронавирус в Кокшетау не было. Даже за деньги. Больно вспоминать ее слезы: больница пустая, могли выделить кушетку, прокапать и отпустить с миром. Свои же коллеги не пожалели", - с обидой говорит Сагиндык Жаксылыкович.

Не отказали в многопрофильной областной больнице. Два дня прокапали, но состояние женщины ухудшалось, и ее госпитализировали в госпиталь при больнице в Зеренде.

Еще через три дня женщина скончалась.

О смерти жены узнал из соболезнования

В Зерендинском стационаре они лежали вместе: Сагиндык Жаксылыкович тоже заболел коронавирусом, и супруга уговорила принять в больнице и его.

"Мне все время говорили, что палаты переполнены - куда, мол, тебя положим. Будешь ждать три часа или в Чаглинку в больницу отправим. Будешь лежать в коридоре. Я был на все согласен. Но палаты оказались полупустые. Я, например, лежал один", - вспоминает мужчина.

О том, что жена умерла, он узнал … от знакомого, звонившего выразить соболезнование.

"Жена говорила, что ей тяжело разговаривать – перезвонит, как станет легче или смску дочке напишет. Я не пользуюсь интернетом. Вечером 30 июня звонил – не берет. Думаю, может, уснула. Утром опять тишина, трубку не поднимает. Целый день звонил. Это уже 1 июля. Примерно в 16 часов мне позвонили, выражают соболезнование. Я был в шоке, и этого человека напугал. Он стал просить прощения, дескать, может, ошибся. Докричался до медсестры – она сходила, узнала. Сказала, да, погибла. Я, конечно, не смог лежать, написал отказ и уехал. Вместе с телом супруги и дочерью. Она меня потом выходила".

Эти две истории о равнодушии к судьбе коллеги ранили мужчину больней, чем отказ в выплате оплаченных женой жизнью миллионов. При этом ее доход в семье, похоже, был базовым. Сагиндык Беркишев работает сварщиком в Красном Яре. Проводит тепло в двухэтажки. Работа сезонная – от силы до октября. Потом до мая-июня – тишина. Если что не мелкие калымы – котел кому починить…

Мужчина честно признался: после того, как ему сообщили об отказе в социальной выплате, бороться за нее, как ему советуют, он опасается.

"Выплатят, мы потратим. А потом вдруг назад потребуют – где искать такие деньги?!" – бесхитростно пояснил вдовец.

В выплате отказано, но это не точно…

Вопрос единовременных социальных выплат медиков рассматривали на заседании комиссии партийного контроля в облфилиале партии "Nur Otan". Обсуждали в том числе ситуацию Беркишевых. Тогда партийцы решили написать письмо в минздрав, где рассказали историю медсестры и внесли предложение включить в правила работников здравоохранения, обеспечивающих карантинный режим на блок-постах.

Ответ получен. И он дает повод надеяться.


"В настоящее время Министерством здравоохранения совместно с Министерством труда и социальной защиты населения РК, проводится работа по внесению изменений и дополнений в Правила осуществления единовременной социальной выплаты работникам организаций здравоохранения, задействованным в противоэпидемических мероприятиях по борьбе с коронавирусной инфекцией COVID-19 в случае их заражения или смерти от указанной инфекции… Ваше предложение по включению в Правила работников здравоохранения, обеспечивающих карантинный режим на блок-постах, будет учтено", - говорится в письме c подписью вице-министра здравоохранения Людмилы Бюрабековой.

"Они заслужили оставить детям хоть какую-то подушку безопасности"

Ветеран медицины, много лет возглавлявший Кокшетаускую горбольницу, председатель акмолинского филиала профсоюза работников здравоохранения "Senim" Серик Какенов уверен: каждая из этих пятнадцати трагических историй заслуживает, чтобы в ней разобраться. Детально, вдумчиво, прислушиваясь к совести.

"Я считаю, нужно провести комиссионные эпидрасследования. Грамотные, качественные. Это все-таки судьбы людей", - подчеркнул Какенов.

Важен человеческий, конкретный, неформальный подход.

"На комиссии партийного контроля кто-то из санитарной службы даже про Олега Исаева кто-то сказал: дескать, значит, нормально не защищался. Нелюдской, нечеловеческий, неколлегиальный разговор. Около тысячи медиков заболели по Акмолинской области. Это пандемия. А если не защитился, значит, не было нормальных средств защиты. Они ходили на работу - не прятались. Кто-то заболевал, а как становилось лучше – выходили снова. Они были патриоты, а к ним вот как. И я здесь имею в виду не только погибших, но и переболевших-выздоровевших. Ценить нужно ведь и при жизни. Награды гораздо приятней получать, когда живой. Из рук в руки…"

Коллеги не могут смириться...

С потерей доктора Исаева, скончавшегося в родном отделении анестезиологии и реаниматологии, коллеги не могут смириться до сих пор. Высшая степень отличия – звание "Қазақстанның Еңбек Ері" – ему присвоена посмертно. На пике пандемии он подключал больных к аппарату искусственной вентиляции легких, делал массаж сердца, назначал лекарства. Одним словом, сражался с коронованной коронавирусом смертью. В шутку называвший себя рыцарем в белом халате, Олег Исаев ушел из жизни 10 июля. Он спас от коварного вируса десятки земляков, но не смог отвоевать себя.

Недавно они опубликовали видеоролик – благодарности и памяти. Им удалось показать всю суть доктора Исаева. Профессионала высочайшего класса. Заботливого отца и сына. Шутника и балагура. Человека с золотыми руками и сердцем. Рыцаря без страха и упрека.


not findimage
Наверх