Top.Mail.Ru
  • Нур-Султан, -16 ℃
  • Алматы, +1 ℃
  • Шымкент, +4 ℃
  • Размер текста

Лента новостей

Есть ли будущее у социального предпринимательства в Казахстане?

  • Видео

Это «Bnews Online» меня зовут Дамир Айдаров, добрый день. В Казахстане развивается новое направление среди креативных, гуманных и творческих людей – социальное предпринимательство. Чем оно отличается от обычного бизнеса, какие цели перед собой ставят социальные предприниматели и какова их миссия? Об этом мы будем сегодня беседовать с нашим гостем – со-основателем проекта Impact Hub Almaty Индирой Шах. Индира, добрый день.

И.Шах: Здравствуйте.

Д.Айдаров: Приветствую Вас в городе Нур-Султан. Не замерзли?

И.Шах: Спасибо, нет. Удивительно, было очень тепло сегодня.

Д.Айдаров: Хорошо. Первый вопрос – скажите, кто такой социальный предприниматель?

И.Шах: Социальный предприниматель – это такой человек, который поставил перед собой задачу решить определенную социальную проблему, но при этом он не просит ни у кого на это деньги, он придумывает бизнес-модель, при которой он может зарабатывать деньги, но при этом решать эту социальную проблему. Если так коротко.

Д.Айдаров: На примере если – какие социальные проблемы?

И.Шах: Например, это может быть поддержка людей с ограниченными возможностями, это может быть проблема бездомных животных, это, может быть, какие-то экологические вещи – переработка или сортировка мусора, очень много. Если буквально Вы выйдете на улицу, Вы будете видеть, что мы живем в такое время, когда все-таки нам есть, к чему стремиться, есть что улучшать. И вот эти вот улучшения – это то, что задевает этих людей, они хотят видеть этот мир лучше и хотят решать эти социальные проблемы.

Д.Айдаров: А какая конечная цель социального предпринимателя – заработать деньги или… ?

И.Шах: Конечная цель социального предпринимателя – это решить эту социальную проблему. Для него зарабатывание денег – это способ решать это постоянно и решать до тех пор, пока эта проблема не решится.

Д.Айдаров: Сегодня среди казахстанских бизнесменов много социальных предпринимателей?

И.Шах: Здесь вот очень важный момент, что бизнес и предпринимательство – немного разные понятия, во-первых, потому что предпринимательство все-таки ассоциируется с какой-то новаторской деятельностью, это поиск каких-то нестандартных решений, это видеть возможности там, где обычные люди видят проблемы. А бизнес – это больше что-то классическое, что-то, что уже есть на рынке. И в этом контексте социальный предприниматель пытается найти вот эти нестандартные подходы, пытается увидеть возможности в этих социальных проблемах. У нас есть такие люди, их становится все больше и больше, этих людей, не только в каких-то центральных городах – Алматы или Нур-Султан – сейчас очень много мы видим и в регионах, например, в Атырауской области очень много, там, мне сказали, порядка 40 социальных предпринимателей. Они решают очень разные вопросы, и очень такой важный момент: очень часто эти люди сами соприкасаются с этой социальной проблемой. Например, одна из таких моделей – это центры поддержки, реабилитации детей, например, с аутизмом. И часто эти центры открывают мамы, у которых дети рождаются или приобретают эти особенности в развитии. И вот этот момент, когда человек сталкивается лично или кто-то из близких, друзей сталкивается с этой проблемой – он дает такую неимоверную мотивацию и энергию, чтобы ее решать. Они понимают, что недостаточно просто решить эту проблему для себя, они хотят помочь и другим решать эту проблему.

Д.Айдаров: То есть, социальных предпринимателей можно назвать лидерами своего рода?

И.Шах: Для меня это не только лидеры, для меня это на самом деле герои, потому что это люди, которые посвящают этому жизнь, и для них решить эту проблему, улучшить жизнь других людей становится такой, своего рода жизненной миссией.

Д.Айдаров: Индира, Вы являетесь основателем пространства своего рода, хаба, который объединяет людей, стремящихся изменить мир. Как родился этот проект, расскажите поподробнее?

И.Шах: Вообще, Impact Hub – это такая международная сеть, она была основана в Лондоне в 2006 году, и сейчас эта сеть насчитывает более 100 таких хабов по всему миру. Я работала в разных организациях, и в той или иной степени соприкасалась с темой социального предпринимательства. И в какой-то момент мы с партнерами – это вот фонд «Евразия Центральной Азии», компания «Шеврон» - мы поняли, что нужно создать какую-то постоянную площадку, которая будет объединять этих людей. Мы искали модели, нашли эту модель. Сейчас такие хабы существуют в постсоветском пространстве только в Москве, в Одессе, в Ереване и в Тбилиси, а так, в основном они концентрируются в странах Европы, Америки, и вот немножко они уже в Азии начали развиваться.

Д.Айдаров: Чем занимаются социальные предприниматели, что дает хаб для них?

И.Шах: Во-первых, это у нас пространство, то есть, у нас есть коворкинг, в котором у нас работают именно социальные, и мы еще с креативными предпринимателями работаем. Это такая, знаете, точка притяжения – мы организуем различные мероприятия, нетворкинг, где они могут посидеть, поработать – это первое. Второе – у нас есть разные программы, в которых мы даем возможность им развивать определенные навыки, компетенции, то есть, это какие-то программы инкубации, менторская поддержка, в каких-то программах есть финансовая поддержка. Это те импульсы, которые необходимы в особенности предпринимателям на очень ранней стадии развития, чтобы дать такой толчок к дальнейшему развитию. Они к нам заходят, немного варятся в этом соку, начинают понимать, кто они, почему, что они хотят, и мы даем вот эти такие небольшие, ну, не инъекции, но в какой-то степени, в зависимости от их потребностей, чтобы у них дальше шло развитие дальнейшее.

Д.Айдаров: Сегодня у вас хаб уже занят, местечко еще есть?

И.Шах: К сожалению, у нас практически все уже занято сейчас. Ну и плюс для нас сообщество – это не только те, кто сидят. У нас очень много участников наших программ – они у нас не сидят в пространстве, они где-то работают, но вот это вот ощущение сообщества, когда ты можешь просто кинуть клич, сказать «вот, ребята, у нас такая-то инициатива, поддержите нас», или кто-то из наших организовывает эко-субботник, и все начинают идти, подписываться, помогать. И это не обязательно должно объединяться, то есть, люди необязательно объединяются на уровне какого-то физического пространства. Людей объединяют ценности, видение, людей объединяет какое-то единомыслие, наверное, именно сообщество таких единомышленников.

Д.Айдаров: Можете привести примеры социальных предпринимателей, которые находятся сейчас в вашем хабе – чем они занимаются, какие вопросы решают?

И.Шах: Вот у нас есть резиденты, которые у нас в этом году появились, они тоже участники наших программ – Recycle Birge – они занимаются экологизацией мероприятий. Мы знаем, что в Казахстане проводится очень много мероприятий, и зачастую эти мероприятия после себя оставляют кучу пластика, кучу всего того, что вредит окружающей среде.

Д.Айдаров: Алматы Марафон?

И.Шах: В том числе. Очень много разных городских мероприятий, мы знаем, что корпоративный сектор много мероприятий проводит. Ребята просто озадачились этой темой и придумали методологию, сейчас ее развивают, как сделать так, чтобы снизить, по крайней мере, экологический след, вред для окружающей среды.

Д.Айдаров: Например, они убирают потом стаканчики, бутылки?

И.Шах: Они, например, рекомендуют, что можно использовать вместо пластиковых стаканчиков, может быть, какие-то альтернативы посуды. Они занимаются, чтобы на этих мероприятиях обязательно была сортировка мусора, потом чтобы этот мусор был отправлен в соответствующие заводы по переработке и так далее. То есть, начиная от инфраструктуры, заканчивая повышением осведомленности, потому что главная причина того, что мы сегодня не перерабатываем мусор – это не потому что у нас контейнеров нет, хотя это тоже большая причина, а также потому что сознание еще у нас не направлено на какое-то сознательное потребление, что каждый элемент, который мы покупаем, потребляем – он приносит вред окружающей среде. Они, в том числе, занимаются этим – прививают культуру.

Д.Айдаров: Сколько резиденты находятся у вас, в вашем пространстве, и кто вообще может стать им? Люди с какой-то идеей приходят к вам, говорят – помогите, я хочу то-то и то-то сделать?

И.Шах: Хочу сказать, что мы сами являемся социальным предприятием, у нас есть бизнес-модель тоже, поэтому мы сильно не ограничиваем тех людей, которые у нас сидят, как резиденты, потому что они нам оплачивают. У нас коворкинг платный. Но членами сообщества могут стать люди, которые – или, допустим, участниками наших программ – могут стать люди, у которых есть какая-то идея, есть понимание проблемы, которую они хотят решить и есть какое-то решение, которое они придумали. И в разных программах, в зависимости от контекста, мы принимаем их, и, в зависимости от их потребностей, помогаем им.

Д.Айдаров: Государство сегодня заинтересовано в социальном предпринимательстве?

И.Шах: Все больше и больше мы слышим о каких-то инициативах, и вот в последнем послании президента не было прямого упоминания, но там говорилось о большем развитии гражданского общества и развитии малого, среднего, микробизнеса, в том числе, бизнеса, который направлен на какие-то социально значимые вещи. Сейчас Министерство информации и общественного развития, тоже как часть развития гражданского общества принимает концепцию, в которую также включено социальное предпринимательство. Я знаю, что Министерство труда и социальной защиты тоже включило социальное предпринимательство в одно из приоритетных направлений.

Д.Айдаров: В мире сегодня в каких странах развито это направление?

И.Шах: Очень развито в Великобритании. Там по подсчетам социальные предприниматели привносят 10% в ВВП, экономику страны, то есть, это уже такой достаточно солидный опыт. Ну, это в основном европейские страны и Соединенные Штаты. Проводилось, например, исследование в странах Европы, когда были финансовые кризисы, очень интересный факт, что именно социальные предприниматели – часто это малый, микро- и очень редко средний бизнес, это не крупный все-таки бизнес – эти предприниматели были более устойчивы, чем другие. Почему, Вы спросите, да? Потому что зачастую, это те виды и самих предпринимателей, и виды вообще предпринимательской деятельности, которые основаны на ценностях. И клиенты, покупая продукт или услугу, даже несмотря на кризис, они могут, допустим, отказаться от каких-то других продуктов или услуг, но из-за приверженности ценностям, из-за того, что это часто очень теплые, глубокие отношения с клиентами, потому что они знают, что эта организация не просто себе зарабатывает, она со смыслом существует, в ней есть определенный смысл – и лояльность таких клиентов намного выше, чем к другим видам предпринимательской деятельности.

Д.Айдаров: Вот Вы сказали, что Impact Hub – это международная организация…

И.Шах: Международная сеть, да.

Д.Айдаров: Международная сеть. Какая помощь оказывается, как вы с ними работаете?

И.Шах: Здесь дело не в помощи, потому что, на самом деле, даже вступить в сеть – наоборот, мы платили им деньги, потому что они нам предоставили большую методологическую поддержку, то есть, вообще как развивать такие пространства, как работать, какие программы, как создавать и развивать программы инкубации, акселлерации и так далее, доступ к экспертам. И для нас, я часто об этом задумываюсь, самая большая поддержка – это то, что ты знаешь, что где-то в Сан-Пауло есть такие же ребята, как ты, которые действительно хотят, чтобы в стране происходили изменения, действительно хотят через разные инструменты, через работу с предпринимателями пытаться изменить экосистему, и ты знаешь, что ты в любой момент можешь обратиться и тебя поддержат – вот это очень важная штука.

Д.Айдаров: Может ли так быть сегодня – кто-то из предпринимателей занимается, но он не знает, что он социальный предприниматель, но его деятельность, оказывается, попадает под это направление?

И.Шах: И даже, знаете, такое часто бывает, потому что вот тоже такая отличительная особенность социального предпринимателя, насколько я сейчас могу судить, и об этом тоже часто говорят, что это не те люди, которые любят о себе громко говорить, рассказывать, где-то кричать об этом. Они занимаются этим, потому что это часть их понимания жизни, понимания своей миссии в жизни. И просто, занимаясь этим, они часто даже не подозревают, что они социальные предприниматели. И если кто-то из ваших зрителей вдруг вспомнит, что есть там какой-нибудь дядя Ваня, который, например, у него какая-нибудь мастерская по ремонту обуви, но при этом он там 10 изделий, пар обуви в месяц он бесплатно обслуживает, например, бездомных людей – то он, по сути, тоже социальный предприниматель. В социальном предпринимательстве есть разные модели. Одна модель – допустим, когда ты зарабатываешь от одного источника, но при этом часть своей прибыли направляешь на помощь каким-то уязвимым группам. Но здесь нельзя путать с корпоративной социальной ответственностью, потому что основная особенность в том, что изначально предприятие создается с социальной миссией, то есть, в основе организации лежит решение социальной проблемы. А в классическом бизнесе, который время от времени занимается благотворительностью или поддерживает какие-то социальные инициативы, все-таки у такого бизнеса основная задача – это максимизация прибыли. Это вот, например, одна модель, а вторая модель может быть, что у этого же дяди Вани в мастерской работают, например, люди с ограниченными возможностями. То есть, твоя целевая аудитория, кому ты хочешь помочь – это твои сотрудники. Третье – это когда ты непосредственно, вот в Румынии есть такая интересная организация, она создала такую платформу, в которой объединяет различных провайдеров, в основном, это продукция или медикаменты, то есть, это большие ритейлы – и людей, которые не могут себе, малоимущих людей. Они собирают на бесплатной основе у вот этих ритейлов продукцию с небольшим браком либо там скоро истечет срок годности – и продают намного меньше рыночной стоимости вот этим малоимущим. То есть, когда непосредственно твой продукт направлен на потребителя, который является твоей целевой аудиторией из уязвимой группы.

Д.Айдаров: Здесь, получается, параллель идет с благотворительностью?

И.Шах: Не совсем, потому что ты им продаешь. То есть, ты забираешь у этих – им, в принципе, не нужна продукция, вместо того, что они обычно выкидывают, ты забираешь, ты создаешь из этого ценность уже для другой целевой аудитории и при этом для них это ценность в том плане, что решает их потребности, при этом они могут себе это позволить. И поэтому твоя модель существует – потому что ты все-таки зарабатываешь.

Д.Айдаров: Какие-то есть у нас льготы для социальных предпринимателей – может быть, налог ниже – со стороны государства существуют?

И.Шах: на сегодняшний день у нас нет официального определения, что такое социальное предпринимательство для Казахстана, нет отдельного законодательства. Но многие эксперты, и я в том числе, считаю, что пока сейчас еще рано говорить о законодательстве. В Российской Федерации только-только сейчас был принят закон, к которому они шли больше 10 лет. И на самом деле есть очень много возможностей в текущем законодательстве, которые позволяют, например, если у тебя работают люди с ограниченными возможностями, ты получаешь определенные льготы по налоговым режимам и можешь как-то себе дополнительные возможности иметь. Отдельных льгот, отдельного статуса, что ты социальный предприниматель – такого нет.

Д.Айдаров: А он нужен или нет?

И.Шах: Сейчас пока не нужен.

Д.Айдаров: Почему? У нас критической массы еще нет?

И.Шах: Да, критическая масса и потом в таких вещах очень важно не создавать какие-то возможности – ну, скажем, для кого-то это возможности – сверху вниз. Очень важно, чтобы любые какие-то нововведения, законодательные нормы, любые вещи шли от самих социальных предпринимателей. Вот они до какого-то момента уже доросли, они поняли, что им нужно объединяться, они поняли, что им, чтобы дальше развиваться, нужны определенные условия – и они начинают говорить, нам нужно то-то, то-то. И причем, сообща, вместе, обдумывая.

Второе – пока что критическая масса с точки зрения практики еще не наработана, например, многие социальные предприниматели даже не знают, что в текущем законодательстве уже есть определенные возможности, которые они могут использовать. То есть, это тоже такой момент – немного понимание законодательных норм, не совсем у нас все-таки правовая грамотность среди населения или организаций. И третий момент, важно тоже отметить: мы всегда знаем, когда говорится о льготах, тогда разного плана и мотивов люди могут неправильно этим воспользоваться. И все-таки, чтобы предотвратить вот этот момент, когда люди искусственно будут называть себя социальными предпринимателями, только чтобы получить льготу – вот этого пока не надо. Пусть пока развивается как есть, естественным путем, а уже из вот этой практики, наработанного опыта уже можно будет смотреть, что можно, что важно для Казахстана, именно для нашего контекста.

Д.Айдаров: На Ваш взгляд, сколько нужно времени – тоже 10 лет, как в России, или намного быстрее критическая масса наберется?

И.Шах: У нас, знаете, наверное, наш самый большой вызов, для нашей страны – это то, что страна большая, а плотность населения очень низкая, и мы друг про друга особо не знаем. Я думаю, , если будет так, что все больше социальных предпринимателей будет узнавать друг про друга, объединяться, общаться, делиться опытом – вот этот процесс, наверное, может быстрее пойти, может быть, и не нужны будут десятилетия. Но если все будет также, то, наверное, да…

Д.Айдаров: Может быть, в Нур-Султане, столице Казахстана планируется что-то открыть – подобную коммуникативную площадку?

Пока что мы сами не планируем, но мы получаем нет-нет запросы от ребят. Ели будут такие желающие, мы будем только рады, чтобы вот этот эффект, та методология, которая есть в этой сети, все больше распространялась в нашей стране.

Д.Айдаров: Если брать в целом областные центры Казахстана – в каждом из них по-любому есть социальные предприниматели, но многие из них не знают, что они социальные предприниматели, но занимаются этим делом. Недавно стартовала первая республиканская премия за вклад в развитие социального предпринимательства «Өзгеріс ұстасы». Это один из способов привлечения внимания общества к этому институту?

И.Шах: Спасибо за вопрос. Премия «Өзгеріс ұстасы», которая переводится, как «Творец перемен», была организована впервые в этом году в рамках гранта Центра поддержки гражданских инициатив при поддержке Министерства информации и общественного развития РК. Основная цель этой премии – это привлечь внимание к институту социального предпринимательства, ну и, конечно же, распознать, кто есть кто в Казахстане, и выразить признание, благодарность, что да, мы ценим, что вы это делаете, и чтобы люди про этих героев – для меня они герои – про них узнали.

Д.Айдаров: Сколько там, вообще, среди кого проводится, сколько номинантов, кто будет оценивать – это онлайн-голосование какое-то?

И.Шах: У нас, получается, 6 основных номинаций – это социальные предприниматели, которые работают в сфере образования, здравоохранения, культуры и искусства, поддержки и помощи уязвимым группам, это экология и развитие территории – 6 основных номинаций. На данный момент мы приняли, буквально вчера закончился прием заявок, в этом году участвуют только неправительственные организации, то есть, юридическая форма должна быть НПО. И сейчас экспертная комиссия, в состав которой входят Центр поддержки гражданских инициатив, фонд Евразия Центральной Азии, Ассоциация развития гражданского общества и Британский совет в Казахстане, и также у нас есть такой социальный предприниматель Евгений Мухамеджанов…

Д.Айдаров: Я его видел ролик в социальных сетях, он занимается переработкой мусора, да?

И.Шах: Он занимается, получается, консультирует компании, организации, как минимизировать свой вред для окружающей среды, начиная от бизнес-процессов, заканчивая просто сортировкой мусора. Это вот наш состав экспертной комиссии. Экспертная комиссия определяет 30 финалистов, и уже эти 30 финалистов будут снимать короткие минутные ролики, и эти ролики будут представлены для общественного голосования. По итогам общественного голосования 15 номинантов, кто набрал наибольшее количество баллов, становятся победителями.

Д.Айдаров: А где будет, на каком-то сайте или в социальных сетях

И.Шах: Это будет на сайте, отдельный есть ozgerisustasy.kz и в социальных сетях тоже мы будем делать такую большую общественную кампанию.

Д.Айдаров: Последний вопрос о том, что Вы говорили, что социальные предприниматели должны друг о друге узнать. Где-то происходит сейчас коммуникация – в социальных сетях, может, группа какая-то есть, куда могут обратиться люди, в Facebook посмотреть?

И.Шах: Вот с этим у нас тоже как-то тяжело. Ну, вот я знаю, что отдельно есть в Атырауской области очень активно, у них там, по-моему, своя группа тоже есть, я знаю, что есть в Нур-Султане такой социальный предприниматель Эмин Аскеров – он как-то тоже пытается объединить. Но такой единой одной группы – такой пока нет. Мы об этом тоже говорим, и мы сейчас внесли определенные предложения в Министерство информации и общественного развития, что нужно ежегодно какой-то слет проводить. Надеемся, что постепенно мы к этому придем.

Д.Айдаров: Спасибо, Индира, большое за интервью, желаю успехов в Вашей работе, чтобы победили в конкурсе «Лучшие социальные проекты», и надеюсь, наши читатели возьмут пример и будут тоже этим заниматься. А я на этом с вами прощаюсь, читайте наши новости на портале Bnews.kz, всего доброго и до свидания!

 

Hype news

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
Загрузка...
not findimage
Наверх