Top.Mail.Ru
  • Нур-Султан, -1 ℃
  • Алматы, +2 ℃
  • Шымкент, +9 ℃
  • Размер текста

Лента новостей

 
   < 2020
 
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс


Молочный вкус независимости Казахстана: кокшетауский характер | BaigeNews.kz 15 сентября, 2020, 11:33
4076
Фото: фото автора

Молочный вкус независимости Казахстана: кокшетауский характер

Рассказ о силе духа, верности, взаимности и человеческих характерах.

Во времена СССР сюда стекалось молоко из окрестных совхозов. В смутные 90-е здесь, чтобы выжить, даже лепили пельмени. В нулевые годы молочный завод пришлось отдать "чужакам", едва не превратившим молоко в воду.

Сегодня это гордость Кокшетау и один из ярких исторических брендов Казахстана, который скоро отметит 30-летие государственной независимости. Его история весьма точно и выпукло иллюстрирует смену эпох, а также рассказывает о силе духа, верности, взаимности и человеческих характерах. На одном из старейших предприятий Акмолинской области побывал корреспондент BaigeNews.kz.

Мороженое-легенда

При слове "гормолзавод", по крайней мере у акмолинцев, возникает яркая вкусовая ассоциация — мороженого, пахнущего парным молоком. Его рецепт не меняется с далекого 1965-го - года создания предприятия. Вкус, как утверждают люди постарше — тоже.


Во времена СССР среди иностранных туристов ходила поговорка: в Советском Союзе стоит побывать ради трех вещей: балет, цирк и мороженое. Сегодня, спустя тридцать лет независимости Казахстана, так говорят о Кокшетау, имея в виду как раз-таки местное мороженое. Старожилы завода рассказывают: сначала в середине шестидесятых прошлого века холодное лакомство выпускали в виде эскимо на палочке — с тонкой, не трескающейся корочкой шоколада. Потом какое-то время оно выходило с завода в железных баночках — гильзах. Продавалось в бумажных стаканчиках, позже — в вафельных. Хрустящие, ароматные вафельные стаканчики пекли здесь же, на заводе. Одно время фирменное лакомство продавали в брикетах. Правда, совсем недолго. В основном, кокшетауское мороженое было весовым.

Сегодняшние сорокалетние акмолинцы, чье детство пришлось на начало 90-х, наверняка помнят сумасшедшую радость от прогулки по городскому парку культуры и отдыха. Аттракционы, сладкая вата, клоуны. И кульминация — мороженое с умопомрачительным вкусом. Его здесь подавали в железных вазочках, с деревянными палочками-"ложечками".

Говорят, напомнить о прошлом — правдиво, стопроцентно, пронзительно — способны только три вещи: вкус, запахи и мелодия. Поэтому местному мороженому можно вполне приписать свойства "машины времени". В этом уверены старожилы завода.

"Вкус остался прежним. Точь-в-точь. Когда мороженое только с фризера выходит, — мы его называем "горячим" — начинаешь есть. И накатывает чувство детства. Будто ты маленькая и старательно выдавливаешь последние капли из уголка бумажного стаканчика… Волшебство", — улыбается старший лаборант Надежда Мирова.

Полвека на заводе

Надежда Григорьевна на "Гормолзаводе" работает уже 41 год. Пришла вслед за мамой и сестрой — в 1979-м.

"Мама работала здесь мастером производства. После уроков стремглав бежала к ней: нравилось мне здесь. Запах молока — от него спокойно и хорошо на душе. Сестра трудилась инженером-химиком. На пенсию отсюда ушла и еще потом сколько приходила, обучала молодежь", — вспоминает Мирова.

Пятый десяток Надежда Григорьевна проводит в лаборатории всякие анализы и безумно любит все эти свои реактивы. Проверяет только поступившее молоко на "все, что можно" — чистоту, жирность, плотность, кислотность… Потом уже готовую продукцию — на масло, влагу и прочее.

"Завод не дает "раскиснуть", — профессионально скаламбурила старший лаборант.


Но есть в компании человек, чей профессиональный стаж еще солидней. "Хозяйка", "серый кардинал" Нина Федосеева пришла на завод 18-летней девчонкой, когда предприятие только открылось. Начинала, понятное дело, разнорабочей. Разливала молоко во фляги, бутылки, творог варила. Одним словом, была "на подхвате". Довольно-таки быстро доросла до мастера, в 80-х годах надежную, гиперответственную Нину Алексеевну назначили заведующую производством.

До сегодняшнего дня она курирует все цеха, наизусть знает нюансы всего технологического процесса. 56 лет стажа на родном заводе. Директор завода признается: для него Нина Алексеевна — человек-легенда. А все ветераны завода — родные люди, с которыми ему очень повезло.

Отец и сын: от слесаря до директора

За эти годы завод имел разную форму собственности и назывался тоже по-разному — "Кокчетавский гормолзавод", "Кокше сут", "Сут". Но вот продукция оставалась неизменной — молочная, масло, мороженое. Директора менялись, и все же "Гормолзавод" навсегда связан с именем Дулата Жаксылыкова. Он пришел в 1988 году — слесарем-наладчиком, позже стал главным инженером. После развала Союза завод приватизировали, а возглавить доверили Дулату Насыровичу. В 2004 году он, к сожалению, ушел из жизни. Дело отца продолжили три сына. Директором стал средний — Асен Жаксылыков.


Почему именно он? Асен пришел работать на "отцовский" завод 14-летним мальчишкой. И тоже — слесарем-наладчиком. Потом стал помощником мастера. Крутил гайки, ремонтировал и запускал оборудование — все ему здесь было жутко интересно. Одним словом, знал здесь каждый винтик-кирпичик. Дулат Жаксылыков — из тех директоров, которые не довольствуются достигнутым. Он постоянно запускал новые проекты, закупал оборудование, модернизировал производство. А сын помогал ему в технических вопросах. Наградой стал богатый опыт.

В 18 лет Асен возглавил новый филиал в селе Айыртау в Северо-Казахстанской области. Завод выкупил пустующее лет семь-восемь здание. Успешный бизнесмен и сегодня помнит первый взлет — 150 тонн продукции. 18-летний директор руководил двумя десятками человек, даже встречал двух министров сельского хозяйства, ходил на совещания в акимат.

"Аким поднимал меня, задавал вопросы. Наедине называл "балам". Я даже выступал перед активом. Все это было для меня стимулом", — вспоминает Асен Жаксылыков.

"Мог учиться за рубежом, но выбрал завод"

В одном из интервью Асен Жаксылыков признался: он мог учиться за рубежом и стать представителем, как особенно модно было говорить в 90-е, "золотой молодежи". Но выбрал, грубо говоря, коровник.

Почему?

"Пожелай я учиться за границей, думаю, папа бросил бы на это все свои средства. Но у меня и мысли не было уехать. Отец все время покупал свободные активы, стараясь приобретать что-то новое вокруг нашего кластера. И моя помощь была очень ему нужна. Я это остро чувствовал. Поэтому поступил заочно в юридический институт "Фемида", продолжал работать на заводе. И чувствовал, что я там, где должен быть. Я благодарен отцу за то, что приучал нас к труду".

Сегодня "Гормолзавод" — это шесть аффилированных компаний в Акмолинской и Северо-Казахстанской областях, около 40 видов молочной продукции (в скором будущем ассортимент планируется увеличить до 120-ти) и порядка 350 человек персонала.

Молочный товар завод успешно реализует по Казахстану и России.

"Недавно вышли с сыром чечил на Южную Корею, — делится предприниматель. — Также вошли в реестр поставщиков в Китае. Правда, продуктов таких нет, но право есть. Стратегия предприятия — импортозамещение. И самый главный принцип — работать на натуральном сырье, выпускать натуральную продукцию. Это было желанием нашего отца. И мы, три брата, в этом солидарны".

Керосиновые 90-е или как "молочники" лепили пельмени

Лихие, фантастические 90-е года стали шоковой терапией для молодой суверенной республики. Но они и закалили.

Зимой 1997-го Кокшетау "прославился" на всю страну. Жители целого города в самый разгар зимы остались без тепла.

"Это была катастрофа. Президент рассердился на нас, что заморозили город, — вспоминает Нина Алексеевна. — Тогда Дулат Насырович работал главным инженером. Помню, приехала на улицу Комсомольскую, искала его, у бабушки замерзли батареи. И наши рабочие работали там. В скольких многоэтажках полетели батареи! Люди на последних этажах ставили в ванных комнатах буржуйки, выводили на улицу через потолок. Наш дом Бог миловал. Но стены промерзали. Свет дадут часа на два — включали обогреватели. А пока город не разморозили, электричества не было вообще. Жили при керосиновых лампах. Жуткое время, никогда не забуду".

Тяжело приходилось и на производстве. До перестройки в каждом из совхозов у завода были свои молочные пункты. Молоко доставлялось на завод охлажденным, чтобы не скисло. Принимали, бывало, по 200 тонн молока в сутки. Была поточная линия, камеры забиты доверху. В 90-е же отчаявшиеся сельчане начали массово резать скот.

"Это ударило по нам, потому что централизованные молочные пункты, понятное дело, канули в лету. Мы стали закупать молоко как раз-таки у частного сектора", — вспоминает Надежда Мирова.

"Живых" денег, разумеется, не было. И все же на "Гормолзаводе" лихие времена пережили легче.

"Зарплату получали молоком, маслом. Еще завод бартером работал с другими предприятиями, например, хлебокомбинатом. Одним словом, было что принести покушать в семьи. Позже пытались здесь и хлеб, и пряники печь. Даже пельмени лепили. Тогда и курт-коспу начали выпускать. Сегодня это наша гордость — цех национальной продукции. Дулат Насырович старался сохранить рабочие места, еще здесь был свой, заводской, магазин на проходной. Так что была возможность одеться в счет зарплаты. Коммунальные услуги — за воду, тепло — завод оплачивал", — рассказала Нина Федосеева.

Как "чужаки" завод едва не развалили

Парадоксально, но самым тяжелым временем для заводчан стали даже не 90-е. А двухтысячные, когда завод пришлось отдать в аренду, как говорят местные старожилы, "чужакам" — предпринимателям из Талдыкоргана. Сам директор об этом времени, вернее, безвременье, говорит скупо.

"Когда не стало отца, и я встал у руля, несколько раз чуть ли не доводил завод до банкротства, — честно признается Асен Жаксылыков. — Его даже на торги выносили. Тогда я работал на триста процентов больше, чем сейчас. Но почему-то не получалось. Были обязательства перед банками. Там не давали кредиты, потому что на тот момент я еще не вступил в права наследования. Они, понятное дело, не поверили мне или в меня. Потом кризис 2007 года. Тогда пришлось отдать завод в аренду. Но потом вернул назад".

А вот ветераны признаются: "чужаки" завод едва не развалили.

"На Асена Дулатовича, молоденького парнишку, больно было смотреть. У него глаз аж дергался. Ему пришлось отдать завод. Со всеми нами. А тем плевать было на традиции и нашу гордость за бренд. В мороженое добавляли воду… А мы все равно старались продолжать делать его на совесть. Но мы их простили. Главное, что все наладилось", — говорит Нина Алексеевна.


Понимая, что может случиться непоправимое, Жаксылыков-младший решил рискнуть. Хуже ведь вряд ли уже будет.

"Асен Дулатович говорил, у него всего было тысяч двести. Забрал завод обратно. Наверно, Всевышний помог. С первого дня хорошо пошли дела", — лица "старейшин" проясняются.

И мысли не было уйти. Ни тогда, в 90-е, ни потом, когда посторонние люди пытались заставить работать по чужим, нечестным правилам.

"Я тогда ушла вынужденно, — волнуясь и как-то виновато говорит одна из сотрудниц, мастер цеха национальной продукции Гульнара Туктагулова. — У меня муж умер, а сын учился в Омске. По тридцать тысяч в месяц нужно было платить. А они не платили — только обещали".


Гульнара Сериковна ушла работать санитаркой в больницу. Спустя 21 год работы на заводе. Несколько лет назад вернулась — в родном цеху ее ждали.

"О нас здесь заботятся, — благодарят ветераны производства. — Перед отпуском получаем оздоровительные, к праздникам и на дни рождения, на День пищевика — премии. Тем, кто женится, кто ребенка родил, — тоже помощь. Карантин даже не почувствовали. В первую волну коронавируса Асен Дулатович сказал нам, пенсионерам: сидите дома. И оплатил нам все — как если бы мы работали. Обезопасил".

Эта история — о взаимности. О том, что надежнее всего — когда есть стержень в характере. И порядочность.

От закупа молока — к современной ферме

Вот уже третий год компания параллельно занимается растениеводством и животноводством. Это значит — свои коровы, свой корм для них и свое молоко. Вертикальная интеграция.


"Пока все выглядит скромно. Условно 200 голов маточного поголовья, надаиваем, примерно, четыре тонны молока в день. Это пробный проект", — пояснил Асен Дулатович.

Когда проект фермы только начинали, все выглядело очень традиционно: старое здание, коровы, злаковые культуры, дробленка, силос и прочее.

"Близко мне все это, нравится. Но не получились у меня надои, как на передовых хозяйствах. Поездил — Россия, Беларусь, Украина… Смотрел, почему там с одной коровы в год получают по 7-10 тонн. А у нас две с половиной. На Украине познакомился с ребятами из ассоциации по выработке молока. У них показатели очень хорошие — за счет консалтинга, менеджмента. Я применил проевропейский стандарт у себя: создал кормопроизводство, купил технику, поля обработал, людей обучил. Сегодня надаиваем с одной головы в среднем 25 литров. Это 7,5 тонн фуражного молока в год", — с гордостью говорит предприниматель.

И это, действительно, только начало. "Гормолзавод" готовит проект современной фермы, намереваясь получать 35 тонн молока в сутки. Его планируется внедрить за пару лет. Для этого периодически приглашают зарубежных специалистов, в том числе из Германии — по деловым связям.

"На первом этапе увеличим поголовье коров вдвое — до четырехсот (15-18 тонн молока в день). Далее планируем построить еще одну ферму на 1 200 голов. Предварительные договоренности с банками-партнерами есть", — отметил предприниматель.

Новый проект позволит решить одну из главных проблем — сырьевую нестабильность.

"Мы сегодня перерабатываем 80 тонн молока в день. Зимой идет спад, летом — до 90 тонн. Молоко собираем в радиусе до 300 км, примерно тридцать машин ездит и закупает молоко. Сорок процентов молока собираем у фермеров, шестьдесят — на домашних подворьях. Нет больших ферм, это пока наша ахиллесова пята, поэтому зависим от частных подворий", — отметил собеседник.

Больше вкусного мороженого и сыра!

Сегодня на заводе выпускают натуральные и очень вкусные сметану, масло, творог, йогурты, сыр и так далее. К слову, "сырное" направление — плавленый, чечил, сулугуни — развивается отлично. Строится новый цех, заказали оборудование.

"В итоге мощность суточного производства сыров увеличим примерно втрое", — поделился Асен Жаксылыков.

"Гормолзавод" вскоре начнет выпускать мороженое мелкой фасовки. Это второй новый проект компании.

"Соотечественники ждут от нас эскимо, рожки-факелы или просто готовое мороженое в стаканчиках. С джемом, шоколадом, всевозможной посыпкой. Я готовился к этому, ездил на разные выставки. Подобрали одну компанию — австрийско-чешскую. Помещение подготовили, оборудование уже завезли, монтаж и пуско-наладку прошли. Буквально через пару недель начнем продавать. Нашего мороженого будет до 60-ти наименований", — поделился директор.

К слову, стоимость нового оборудования по мелкой фасовке мороженого — более 500 тысяч евро. Пробную продукцию на заводе уже выпустили — остались довольны.


Еще один новый проект позволит увеличить объемы продукции, их ассортимент, сохранив при этом натуральность и качество. А еще — трудоустроить до 25 человек. Примерно три миллиона евро вложены в новое европейское оборудование. Запуск запланировали в течение месяца.

"Мы замахнулись на этот проект, потому что давно пора разгрузить имеющееся оборудование. Например, в Айыртау стоит болгарская линия, она работает на 200 процентов, в две смены, на износ. Новое оборудование хорошо работает с сырьем, убирая бактерии и сохраняя экологические качества. Оно позволит выпускать, кроме молока, кефира, ряженки, сметаны, — новые виды йогуртов и другое", — пояснил бизнесмен.

Готовы носить умную молодежь на руках

Старшее поколение старательно готовит себе замену. В современной молодежи его беспокоит неконструктивное сочетание — слабая профессиональная подготовка и большие амбиции.

"Уж не знаю, можно ли это говорить, но выходят они зачастую после учебы специалистами не очень, — с сожалением говорит Нина Алексеевна. — Сразу зарплату высокую хотят и должность. Я вот помню завпроизводством Тамару Михайловну Тюрину. Она только после института, я тогда мастер — с любым вопросом можно было подойти. Хоть по технологии, хоть по оборудованию. Или Любовь Николаевну Федоскину — после вуза пришла в молкомбинат заведующей лабораторией. Очень грамотные были люди. Так что одних амбиций тут мало — знания нужно накапливать. Я считаю, наверху в первую очередь должны что-то менять в системе образования. Времена хоть и меняются, но сила страны по-прежнему черпается ведь из знаний".

Эрудированных и трудолюбивых ребят ветераны готовы носить на руках.

"Ведь молоко — капризный продукт, нельзя расслабиться ни на секунду. С характером. Все время переживаем, на кого завод оставим. Учим, стараемся оставить достойную замену. Чтобы были даже лучше, чем мы", — говорят они.

А еще здесь за последние годы образовались пять молодых "заводских" пар.

Завод сотрудничает с двумя вузами (один из которых столичный) и четырьмя колледжами. Теория и практика на производстве. Специально для таких ребят здесь построили учебный класс, лекции, случается, читает и сам Асен Дулатович. Ему, в 24 года возглавившему "Гормолзавод" в Кокшетау, есть о чем поговорить со студентами. Кстати, ребят привозят-увозят, выдают спецодежду, кормят и еще платят 50 процентов от должностного оклада.

"А сами присматриваемся, — улыбается предприниматель. — Кто-то заходит в коровник — нос закрывает. А кто-то "горит" — наш человек. И если таких из ста практикантов четверо-пятеро — для меня это удача и радость. Так мы получили примерно 10-15 толковых, перспективных специалистов".

Главной ценностью независимого Казахстана на заводе называют молодежь. Нравственную, уважающую старость. Уступающую места в автобусах. Не повышающую голоса при аксакалах. Прислушивающуюся к ее мудрости…

Сделать имя, человечески греющее детей

"Мой 18-летний сын, он учится в Алматы менеджменту бизнеса, на каникулах работает на гормолзаводе грузчиком. И племянник, тоже студент. У молодежи всегда есть выбор: работать руками или головой. Я считаю, стоит попробовать с рук. И потом ценить каждого специалиста, будь то грузчик или уборщица. Пропустить труд сквозь себя. И понять, как это ценно, но непросто и порой неблагодарно", — размышляет директор компании.

И все же "своим парнем" на заводе станет младший сын. Есть основания так полагать. Мальчику всего четыре года.


"У меня четыре племянника — от родных братьев — и пятеро детей. Конкуренция будет большая — придется постараться, — шутит Асен Жаксылыков. — Но вот четырехлетний сын уже любит завод. Если старшие дети закрывают нос, когда заходят в коровник, — этот кормит и поит телят. Катается на лошадях. И на технике с семи утра до 12-ти ночи со мной катается. Спит в "Ниве" и пьет-ест с термоса".

Сам бизнесмен с 14 лет на заводе. Не надоело. Не устал. Не иссяк. И за это благодарит коллектив:

"Люблю своих коллег. Вместе мы все время что-то строим, созидаем, открываем. Улучшаем цеха, укладываем брусчатку, асфальт и растим коров. Коллектив "заряжен", и для бизнесмена — это большая удача".

Говоря о будущем компании, директор подчеркивает: он не ставит задачи объять необъятное.

"Есть мощности — их нужно сохранить и по возможности увеличить. Самое главное — выпускать качественный продукт. Сделать свое производство кластером", — отметил Жаксылыков.

И напоследок — о ценностях, которые помогают бизнесмену развивать востребованное производство в независимом Казахстане:

"Для меня важно достойно продолжать то, что начал отец. Он хотел создать животноводство — мы его создали. Хотел филиалы — мы открываем. За цифрами не гонимся. Я и сегодня все достижения сверяю по папе. Деньги для меня — не ценность. Это средство для бытия, скажем так. Ценности — это знания, семья, фамилия, история. Отца нет уже пятнадцать лет, а я до сих пор пользуюсь его авторитетом. У меня два сына и три дочери. Я тоже хочу сделать такое имя, которое бы поддерживало и грело — в лучшем человеческом понимании слова — моих детей".

Фото автора.

not findimage
Наверх